Фотогалерея

Храм Рождества Иоанна Предтечи на Пресне / Публикации / Никто у Бога не забыт

Никто у Бога не забыт

- О чём, Христ, задумался, что так пристально туда смотришь?

- Увидел детей Врериса в ботинках и подумал: «Вот богатые дети - они в ботинках и хорошей одежде, они не мёрзнут в нашей школе, где зимой не заделаны окна».

- Это ты нехорошо думаешь. Разве ты не слышал, что Врихоропулос говорил в воскресенье, когда мы вместе были в церкви и ты ещё помогал ему поставить аналой? Богач был предан на мучения, а Лазарь, босой и скрюченный, пошёл в рай. Об этом размышляй, чадо, - люби нищету, будь нищим. Христос, Бог наш, носил бедную одежду...

Записки писались старцем в конце жизни, с 1960 по 1981 гг. Удивительно, в каких подробностях он вспоминает все свои духовные уроки. При этом замечательно, что в серьёзной книге автору постоянно удаётся вести лёгкий и даже исполненный юмором рассказ: «Я был скверным ребёнком, но все называли меня хорошим мальчиком, потому что видели, что я плачу в церкви, когда другие не плачут». Или: «В октябре уехал я на Святую Гору. Духовник, увидев, что я сутулюсь телом, но ещё более кривлю душой, велел мне отправляться в большой монастырь Симонопетра...» (С. 137). Чем старше становится юный подвижник, тем более суровые и серьёзные духовные наставления он получает. Вместе с тем меняется и тон повествования. «Поставь себе в пример, - пишет отец Хрисанф своим чадам,- того послушника, который, когда умер его старец, чтобы сохранить послушание до конца, поставил перед собой простое бревно и соделал его для себя старцем. Каждое утро и каждый вечер он исповедовался бревну. И однажды, когда послушнику грозила духовная опасность, бревно заговорило и вовремя его предупредило» (С. 177). Автор старается учить своего читателя именно простыми историями и примерами из собственной жизни и жизни окружавших его монахов. Перед нами своеобразный Афонский Патерик, только наполнен он не классическими житиями, а коротенькими историями, разговорами, встречами. Внимательный читатель узнает великое множество подробностей монашеской жизни на Афоне, подробностей, разбросанных по всей книге, словно россыпи бесценных жемчужин. Между прочим, не раз и не два проявляется преклонение старца перед русским Православием, русским монашеством: «Все брали пример со всех славян на Афоне. Им если игумен скажет броситься в море, они тотчас его послушаются и бросятся в море, чтобы не нарушить обет, принесённый при постриге» (С. 136). Великие подвижники Афона сравниваются автором с преподобным Серафимом Саровским: «Был старец Анания. Блаженной памяти о. Иоанникий всегда отправлял его в Донт, и он никогда не говорил, что не пойдёт. Он просто брал с собой сухарь, бутылочку уксуса и шёл от Святого Димитрия до Святого Георгия, относя в монастырь чеснок и всякие овощи. Вся одежда у него была старая, а в стенах монастыря он никогда ни с кем не разговаривал. Однажды я увидел икону святого Серафима Саровского и понял, что Анания очень похож на него. Вот какой отпечаток наложила добродетель на отца Ананию» (С. 164).

Читая книгу отца Хрисанфа, ясно сознаёшь то общее, что есть у православных русских и греков. Но не менее ясно ощутима и та особая духовная атмосфера, в которой возрастают и совершают свой мирской и монашеский путь греческие подвижники благочестия.

.....................................................................................................................................

Книга Зои Афанасьевой «По этим стёртым Оптинским ступеням. Оптина Пустынь: люди и судьбы» (М., 2009. 368 с.) - совсем другого рода. В книге собраны очерки, которые повествуют о различных периодах истории Оптиной Пустыни, о её великих старцах и малоизвестных подвижниках. Очевидно, что автор книги много лет с любовью отбирала для своей книги забытые, малоизвестные или с трудом добытые новые факты из жизни Оптиной. В книге есть и исторические портреты (например, о схиигумене-подвижнике Марке Чебыкине), и очерки о тех духовных чадах оптинских старцев, которые сами отличались высотою духовной жизни (отроковицы Ключарёвы, о. Феодосий и др.). Собранные воедино, очерки позволяют разглядеть многолюдно населённую Оптинскую обитель, где наряду с огромными фигурами известных Оптинских святых старцев можно различить рядом с ними целую массу связанных с ними духовным родством людей, о которых знают лишь немногие. Как будто рядом с прекрасным иконостасом стоит бесчисленное множество маленьких фигурок: ради того, чтобы такие «маленькие подвижники» появились в русской жизни, и предпринимали свои труды наши святые: Оптинские, Саровские, Валаамские - несть им числа. А от этих «маленьких подвижников» волны духовного воздействия распространяются ещё дальше, в самую толщу народной массы.

Вот, например, отец Феодосий, одновременно духовное чадо и духовник старца Варсонофия (Плиханкова). «Про него рассказывали, что он, любя читать акафист Божией Матери, желал знать его наизусть. И когда скончался его наставник о. Варсонофий (в 1913 г.), о. Феодосий, завернувшись в его одеяло, вдруг стал читать на память Богородичный акафист, получив этот дар, как Елисей с милотью Илииною...» (С. 219).

Автор книги почти не прибегает к архивам, но зато она проработала массу печатных малоизвестных источников: некоторые сведения она смогла отыскать лишь в газетах XIX века. Собирала она и устные предания о старцах и окружавших их людях. Причём автор относится к материалу очень внимательно. Во многих случаях (как, например, в рассказе о поездке преп. Анатолия Зерцалова к праведному Иоанну Кронштадтскому) она выстраивает целые сюжетные линии, построенные на сопоставлении различных источников. В книге множество редких фотографий. Кроме того, она достаточно легко читается. Вся эта кропотливая работа «духовного краеведа», несомненно, заслуживает нашего признания. Единственный недостаток книги З. Афанасьевой - некоторая невнятность общего замысла, причина которой заключается в том, что автор «высыпал в кучу» накопленный за многие годы интересный материал, не решившись ничем пожертвовать ради прозрачности сюжетных линий книги. Кроме того, следовало бы ясно изложить и продемонстрировать свою методику работы с источниками, давая каждый раз ясные и понятные ссылки на них. Впрочем, это не столь важно для рядового читателя. Каждый почувствует, что автор книги принёс в дар Оптиной свой многолетний труд и талант. Нельзя не сказать спасибо.

И ещё: книга З. Афанасьевой наводит на размышления: давно настало время для написания более подробных историй наших обителей: ведь каждая подвижнически прожитая жизнь даже малоизвестного человека - есть образец для подражания, каждая вносит свою краску, свой оттенок в общую картину жизни обители. Как поёт в одной из своих песен иеромонах Роман, «никто у Бога не забыт, никто не сирота». Хорошо бы, если бы и у нас не была забыта каждая достойная жизнь.